?

Log in

Previous Entry | Next Entry

Оригинал взят у kirillovec в какъ понимать литературу-59 (пространство и честь-17)
На сей разъ нами разбирается писатель-лауреатъ Мануэль де Педролу , его новелла «Временное пристанище»

( Вошло въ данный сборникъ: Современная испанская повесть. Москва , Радуга , 1984 )


Повѣсть со смакомъ разсказываетъ про кошмарностиснутую жизнь пролетаризированныхъ лицъ полуинтеллигентнаго труда - я, ясно, пользуюсь тогдашней цензовой классификаціей, - пребывающихъ въ громадномъ городѣ (Барселона, крупнѣйшій фабричный центръ Испаніи, испанскій Нью-Іоркъ!) въ поискахъ заработковъ и фортуны. Если не имѣть въ виду малочисленныхъ реалій жизни приличнаго государства, - а Испанія въ 1950хъ явно честно старалась имъ быть, - можно подумать что передъ нами триллеръ изъ жизни Совка.

Тутъ

и перманентная склока жильцовъ,

и ихъ демонстративно вводимые знакомые,

и трудности помывки лицъ и иныхъ мѣстъ,

и навѣшиваемые и сымаемые запоры,

и перекрываемое другъ другу жизненное пространство вплоть до входа черезъ окошко,

и нереальность интеллектуальнаго труда въ чаду общаго житія,

и запахъ недомытой одежды , элементарной жратвы да застоялой мочи,

и безотвѣтствнные родители отвязныхъ дѣтишекъ,

и рассово неправильные сожители рассово приличныхъ женщинъ,

и забота о сбереженіи послѣдней хоть наполовину пристойной одежды,

и куча непонятно зачѣмъ надобнаго но оберегаемаго хлама въ общественныхъ мѣстахъ,

и приспособленіе обычныхъ вѣщей подъ экстремальныя нужды (гладильная доска въ качествѣ приспособы для проникновенія въ коммуналку въ обходъ сосѣдской бдительности -- это чѣмъ-то роднымъ на насъ вѣетъ, до слёзъ родимымъ),

и немыслимость благотворительности, ну почти немыслимость, уточню,

и химическая невозможность немощнымъ труженикамъ заработать на приличное жильё.

Феерическимъ оказывается однако темпераментъ коммунаровъ, кстати способныхъ рѣшать свои дѣла безъ жандармерiи, полиціи милиціи и ДНД, фаланги парткома и вертикальнаго сvндиката профкома, а также безъ некоммерческихъ организацій, - очевидно въ демонстраціи пугающей незащищенности полуинтеллигентной бѣдноты при томъ режимѣ отчасти и былъ умыселъ автора-обличителя, - но впрочемъ и нуждающихся въ помощи самаго разнаго свойства.

Какъ каталонскій самостійникъ, авторъ ПОЧТИ естественно лѣвый, и явно нерелигіозный человѣкъ, оттого такъ себѣ раскрыта роль что реакціонной поповщины, что рабочихъ и крестьянъ, ихъ кадровыхъ нѣтъ ни въ коммуналкѣ, ни рядомъ... ощущается, автору явно милѣе деклассированная интеллигенція и буржуазія.

Впрочемъ, тутъ налицо соціальная подоплёка: будемъ понимать, что съ попами, рабочими и крестьянами каталонская республиканская петлюровская секта такъ и не смогла вступить въ нормальныя отношенія, въ испанской гражданской войнѣ Каталонскіе самостійники выглядѣли довольно жалко. Если въ Каталоніи кто по дѣлу воевалъ за республику, то совсѣмъ красные или анархисты, да и то неубѣдительно. Ошеломительный , позорный разгромъ каталонскихъ республиканцевъ январёмъ 1939 года , -- былъ первымъ актомъ обвала незаконной и безбожной республики.

Съ другой стороны, по итогу Второй Міровой Гражданской войны побитыя буржуазныя массы породили колоссальную литературу и кинематографію на тему собственной жертвенной антигеройской невинности и необоснованности страданія бѣлыхъ и пушистыхъ себя. (Шедевръ тренда - фильмъ "Римъ открытый городъ". Сплошная галлерея страдальцевъ и жертвъ жежъ! Прямо непонятно, откуда тамъ могли зародиться фашисты, анархисты, коммунисты, не говоря просто о прилично боеспособныхъ гражданахъ, кои, всё-таки, тоже были !) Типа, не онѣ, не буржуазы, желали титаническихъ свершеній и въ рамкахъ политическаго оргазма кидали зигу, и не онѣ поставляли своимъ арміямъ картонныя подошвы и скисшую овощную баланду, не онѣ желали добрососѣдскаго передѣла собственности и народной рѣзни по дереву.

Испанская особенность та, что побиты оказались только лѣвые и центристы, въ тамошней гражданской побѣдилъ здоровый народный блокъ феодаловъ съ крѣстьянствомъ и отчасти съ рабочимъ классомъ, а вотъ многимъ интеллигентамъ и части буржуа пришлось кисло, лѣвымъ и самостійникамъ, понятно, особенно кисло. Эту кислую жизнь, удивительно кислую для эпохи форсажа производства, и живописуетъ авторъ. А чтобы подчеркнуть невинность пострадавшихъ, авторъ вводитъ въ повѣсть ироничную сцену дружнаго пѣнія правильнаго гимна. [Насъ въ невинности онъ, понятно, не убѣдитъ.]

Разница Испанскаго Государства и Совка понятно та, что комнаты испанской коммуналки сдаются въ поднаемъ отъ основнаго арендатора (вспомнимъ героевъ Достоевскаго!) , это есть временное частнособственное жилье , скорѣе меблирашка нежели собственно коммуналка. Какъ можно видѣть, прочитавъ повѣсть, экономически немощная коммунальная публика не слишкомъ разнится отъ страны къ странѣ и не склонна блистать изяществомъ манеръ, такъ что незаконный режимъ СССР былъ виноватъ только въ созданіи и увѣковѣченіи постоянныхъ коммуналокъ, а не въ томъ, что стиснутые и пересѣкающiеся своими жизненными пространствами коммунальные обитатели мало желали развиваться какъ люди и граждане.


Написано феерично, читать можно, но сначала надо запомнить это моё т.ск.предисловiе.




Всё у меня на тему пространства и чести см. такъ


Всё по разбору литературы у меня такъ.





.